30.12.2012

Итоги 2012 года: 10 самых читаемых дайджестов

Конец года – время подводить итоги. Мне стало интересно, какие из дайджестов оказались наиболее интересными в этом году?

10 самых читаемых дайджестов

1. Самые важные научные исследования последнего десятилетия. Мнение экспертов

Что нового произошло в психологии за последние 10 лет? Какие современные научные исследования оказали или в ближайшее время окажут влияние на понимание человека и его поведения? Для того чтобы ответить на эти вопросы и выявить самые важные и значимые научные исследования, проведённые в психологии за последнее десятилетие, я обратился к исследователям из разных областей психологии с вопросом: «Какое, на Ваш взгляд, психологическое научное исследование, проведённое (опубликованное) за последние 10 лет (2002–2012), является самым значимым и важным?». Эксперты высказали своё мнение и назвали современные исследования, которые с их точки зрения являются важными и значимыми.

2. Всегда ли полезен эмоциональный интеллект?

Исследовав 212 молодых специалистов и их руководителей Фэр с коллегами обнаружили, что эмоциональный интеллект положительно связан с высокой эффективностью деятельности только тогда, когда работа предполагает решение управленческих задач высокого уровня. При этом, когда работа предполагает минимальный объём управленческих функций, эмоциональный интеллект оказался связанным с эффективностью даже отрицательно.

3. Обнаружение признаков сознания у пациентов в вегетативном состоянии

Группой кембриджских исследователей во главе с Адрианом Оуэном продемонстрирована принципиальная возможность установления коммуникации с больными в вегетативном состоянии, не проявляющими никаких внешних признаков сознания и поведения, которая открыла перед медиками новые уникальные перспективы, а психологов заставила в очередной раз пересмотреть представления о сознании и его критериях, вызвав бурные дискуссии среди широкого круга специалистов, занимающихся проблемой сознания.

4. Мужчины и женщины по-разному демонстрируют любовь в браке

Результаты исследования показали, что в реальности гендерные различия в проявлении любви сложнее, чем считается. Женщины стремятся создать тёплый эмоциональный климат в семье, поэтому проявляют свою любовь как посредством комплиментов и поцелуев, так и через воздержание от антагонистического и негативного поведения в отношении партнёра. Что касается мужчин, то они так же часто проявляют свою любовь, однако, их любовь не всегда проявляется через действия и поведение, направленные непосредственно на партнёра. Любящие мужчины чаще инициируют секс, т.к. в большей степени, чем женщины, рассматривают его как способ проявления любовных чувств.

5. Эксперимент Соломона Аша о конформности повторили без подставной группы

Японские исследователи повторили эксперимент Аша без подставного большинства. Для этого они использовали очки с поляризационными фильтрами, на подобие тех, которые используются для просмотра 3D фильмов. С их помощью можно сделать так, чтобы смотря на одно и то же изображение, люди видели разное.

6. Трудоголики и увлечённые работой сотрудники: различия в мотивации

Опрос более 700 китайских работников показал, что трудоголикам свойственна внешняя мотивация, они вовлечены в свою деятельность, но воспринимают её как средство достижения других целей. Трудоголики принимают внешне заданные стандарты самооценки и социального одобрения, однако сами полностью не идентифицируют их как свои собственные. В свою очередь сотрудникам, увлечённым работой, свойственна внутренняя мотивация. Они воспринимают свою работу как интересную, приносящую удовольствие и удовлетворение. Такие работники вовлечены в процесс работы по своей собственной воле.

7. Женщина надевает красное, чтобы продемонстрировать мужчине заинтересованность в сексе

У многих приматов красный цвет служит сексуальным сигналом, используемым самкой для привлечения самца. Эндрю Эллиот и Адам Пазда из университета Рочестера решили проверить, является ли красный цвет сексуальным сигналом и у людей. Результаты трёх исследований показали, что наличие у женщины одежды красного цвета более чем в два раза увеличивает вероятность того, что она заинтересована в сексуальных отношениях.

8. Повторение эксперимента Стэнли Милгрэма о повинуемости в виртуальной реальности

Мел Слейтер с группой коллег повторили эксперимент Стэнли Милгрэма с использованием технологии виртуальной реальности. Результаты также показали, что участники, которые могли видеть и слышать виртуальную женщину-ученика, воспринимали ситуацию, как если бы она была реальной. Авторы делают вывод, что, взаимодействуя с виртуальными героями, люди склонны проявлять реальные реакции на субъективном, физиологическом и поведенческом уровнях. Даже, несмотря на осознание того, что эти герои не являются реальными.

9. Разработана методика измерения высокомерности руководителей

Высокомерность (arrogance) можно рассматриваться как совокупность поведенческих проявлений, связанных с преувеличением своего превосходства над другими за счёт принижения других, пренебрежительного отношения к ним. Они включают неуважение коллег и их идеи, заявление о своей якобы большей осведомлённости по сравнению с другими, избегание вины или возложение её на других, снижение ценности обратной связи. Исследователи из Университета Акрон и Мичиганского университета разработали методику измерения высокомерности (Workplace Arrogance Scale (WARS)).


10. От гедонистического к эвдемоническому пониманию счастья

Эксперименты Барбары Фредериксон показывают, что если человек тратит время и совершает усилия, направленные на то, чтобы построить в себе позитивное отношение к другим людям, научиться относиться к ним с любовью и добротой, это существенно улучшает его собственное эмоциональное состояние и способствует его развитию. Исследования Эдварда Деси и коллег по поддержке автономии, показывают, что отношение к другому, когда человек не стремится контролировать своего друга, партнёра, коллегу, ученика и др., а позволяет тому быть самим собой, поддерживает его автономию, связаны с более высокими уровнями психологического здоровья и благополучия. Всё это ведёт нас в сторону построения концепции счастья, которое выходит за пределы счастья, понимаемого как удовольствие от удовлетворения потребностей.

29.12.2012

Концепция о роли «оптимального возбуждения» в детерминации поведения

Какое, на Ваш взгляд, психологическое научное исследование, проведённое (опубликованное) за последние 10 лет (2002–2012), является самым значимым и важным?

Дмитрий Давыдов: 
Для меня критерием важности или значимости исследования является включение и представленность его данных и позиций в образовательном процессе и при принятии общественно-политических решений. Поэтому, по этому критерию, не откажу себе в рекламе своих собственных работ. В серии работ я предложил гомеостатическую концепцию регуляции настроения/эмоций (оптимального возбуждения) для объяснения нормального и отклоняющегося (девиантного) поведения (Davydov et al., 2005, 2007, 2011, 2012a), которая была принята авторами учебников (см. Neill, 2010), преподавателями (например, на факультете психологии в UCL, Бельгия), и политиками (интервью на BBC Radio2).

Концепция «оптимального возбуждения» основывается на предположении, что наш организм постоянно стремится к состоянию физиологического и психологического баланса между источниками внешнего и внутреннего возбуждения, что определяет наши эмоции и мотивации, и, таким образом, управляет нашим поведением (Davydov et al., 2005, 2007). Если организм испытывает чрезмерную физиологическую или психическую стимуляцию, то уровень возбуждения в организме увеличивается, что, в свою очередь, мотивирует человека к участию в (нормальном или девиантном) поведении избегания ощущений [sensation and risk avoidance], которое позволит ликвидировать внешние или внутренние причины повышенного возбуждения и уменьшить его обратно до индивидуально оптимального уровня. Тоже относится и к последствиям от недостаточной стимуляции, которая мотивирует человека к участию в (нормальном или девиантном) поведении поиска ощущений [sensation and risk seeking], находящего или создающего внешние или внутренние источники возбуждения для его повышения обратно до индивидуально оптимального уровня.

Индивидуальные различия в мозговых процессах, определяемые генетическими особенностями, например, в 5-HTTLPR аллеле, или эпигенетическими процессами, например, в воспитании или питании, создают различные условия для функционирования механизмов поддержки внутреннего возбуждения. Это определяет различия в уровне индивидуальной толерантности или чувствительности к источникам внешнего возбуждения, влияющего на поведение и адаптивные реакции людей в различных стабильных и нестабильных социальных, религиозных, экономических, климатических, и географических условиях (Davydov et al., 2010b).

Эксперименты Мейсон и Брэди (Mason & Brady, 2009) поддерживают концепцию оптимального возбуждения, показывая, что мозг предпочитает постоянный уровень возбуждения от окружающей среды, пытаясь достичь оптимального для индивидуума уровня возбуждения, без которого людям приходится полагаться только на внутренние когнитивные и поведенческие методы для его изменения. Такое же подтверждение концепция оптимального возбуждения нашла в экспериментах по мозговому картированию с использованием позитронно-эмиссионной (ПЭТ) и функциональной магниторезонансной (фМРТ) томографии. Феномен смены активности отдельных областей мозга (default mode network), наблюдаемой в покое или фоне, на активность в других областях мозга, связанных с выполнением экспериментальных задач (смотри статью Геннадия Князева «Открытие дефолт системы мозга»), говорит о том, что мозг стремиться поддерживать определённый, постоянный для индивидуума, уровень возбуждения за счёт либо внутренне-, либо внешне-ориентированной активности/деятельности.

Концепция оптимального возбуждения объясняет различную мотивацию участия людей с различным балансом между источниками внутреннего и внешнего возбуждения в антиобщественных и общественных мероприятиях, в профессиональных и социально-экономических процессах, в выборе химических и физических средств для управления сознанием и эмоциями в различных странах и её изменение при изменении социально-экономической и миграционной политики (Davydov & Nepomnjashchiy, 2009; Davydov et al., 2010b; Nepomnyashchiy & Davydov, 2007).

Дальнейшие психофизиологические исследования в этой области показали возможность создания объективной метрики для определения оптимального уровня возбуждения для каждого человека, а также способов его контроля и изменения (Davydov et al., 2010a; Davydov, 2011; Davydov et al., 2012b).

_______________________________________________
  • Davydov D. M. (2011). An asymmetry of oscillation processes in the cardiovascular system. In A.N. Fleishman (Ed.), Slow oscillatory processes in the human body. Chapter: Theoretical and methodical aspects of non-linear dynamics in the field of physiology and medicine. Vol. 6, pp. 89–93, Novokuznetsk: NIIKPGP SO RAMN.
  • Davydov D. M., & Nepomnjashchiy S. V. (2009). Effective social politics as a rational way of economical development in Russia. Research, expert, and informational support of national strategy for advanced national projects and programs. Vol. 1 (National strategic design and public administration), Moscow, Russia: ISISS RAS, pp. 75–78.
  • Davydov, D. M., Luminet, O., Zech, E. (2012a). An externally oriented style of thinking as a moderator of responses to affective films in women. International Journal of Psychophysiology, in press. doi: 10.1016/j.ijpsycho.2012.12.003
  • Davydov, D. M., Shapiro, D., & Goldstein, I. B. (2010a). Relationship of Resting Baroreflex Activity to 24-Hour Blood Pressure and Mood in Healthy People. Journal of Psychophysiology, 24(3), 149–160. doi: 10.1027/0269-8803/a000012
  • Davydov, D. M., Shapiro, D., Goldstein, I. B., & Chicz-DeMet, A. (2005). Moods in everyday situations: effects of menstrual cycle, work, and stress hormones. Journal of Psychosomatic Research, 58(4), 343–349. doi: 10.1016/j.jpsychores.2004.11.003 [Полный текст]
  • Davydov, D. M., Shapiro, D., Goldstein, I. B., & Chicz-DeMet, A. (2007). Moods in everyday situations: Effects of combinations of different arousal-related factors. Journal of Psychosomatic Research, 62(3), 321–329. doi: 10.1016/j.jpsychores.2006.10.021 [Полный текст]
  • Davydov, D. M., Stewart, R., Ritchie, K., & Chaudieu, I. (2010b). Resilience and mental health. Clinical Psychology Review, 30(5), 479–495. doi: 10.1016/j.cpr.2010.03.003 [Полный текст]
  • Davydov, D. M., Stewart, R., Ritchie, K., & Chaudieu, I. (2012b). Depressed mood and blood pressure: The moderating effect of situation-specific arousal levels. International Journal of Psychophysiology, 85(2), 212–223. doi: 10.1016/j.ijpsycho.2012.04.011
  • Davydov, D. M., Zech, E., & Luminet, O. (2011). Affective Context of Sadness and Physiological Response Patterns. Journal of Psychophysiology, 25(2), 67–80. doi: 10.1027/0269-8803/a000031
  • Mason, O. J., & Brady, F. (2009). The Psychotomimetic Effects of Short-Term Sensory Deprivation. Journal of Nervous and Mental Disease, 197(10), 783–785. doi: 10.1097/NMD.0b013e3181b9760b
  • Neill, J. T. (Ed.) (2010). Motivation and emotion: A free and open psychology textbook authoring exercise by students. (1st ed.). Wikiversity. University of Canberra. Printed version by PediaPress.
  • Nepomnyashchiy, S. V., & Davydov, D. M. (2007). Social-psychological aspects of terrorism origin and the role of the governmental social politics in counteraction to its development. In: The World Anticriminal and Antiterrorist Forum (WAAF): “The World community against the Globalization of Criminality and Terrorism”. Moscow: Prospekt. pp. 206–208 in English (pp. 50–53 in Russian).
Давыдов Дмитрий Михайлович – кандидат медицинских наук, ведущий научный сотрудник лаборатории общей физиологии функциональных систем НИИ нормально физиологии имени П.К. Анохина РАМН

Читать ответы других экспертов

28.12.2012

Прогресс в изучении адаптационных психологических механизмов

Какое, на Ваш взгляд, психологическое научное исследование, проведённое (опубликованное) за последние 10 лет (2002–2012), является самым значимым и важным?

Татьяна Кочетова:
За последнее десятилетие существенно вырос интерес к эволюционной психологии. На мой взгляд, это объясняется тем, что результаты некоторых достижений в рамках данного направления, полученные еще в конце 90-ых годов ХХ века, оказались настолько «весомыми» и существенными, что это обстоятельство повлияло на стремление ученых использовать теоретические представления эволюционной парадигмы в качестве основы для новых эмпирических исследований. В число важнейших достижений последних десяти лет в рамках данного направления, на мой взгляд, следует отнести результаты исследований, являющиеся логическим продолжением ряда работ по изучению адаптационных психологических механизмов. К числу таких работ, можно отнести:
  • Исследования эволюционно-генетических оснований страхов пауков, змей, а также фобий высоты, воды и др.1. Было обнаружено, что интенсивность этих видов страхов у человека существенно выше, чем например, фобий, связанных с закрытым пространством, передвижением в самолете и др. Как объясняют авторы исследований, наличие определенной генетической программы, которая «запускает» данные типы страхов является результатом длительного процесса эволюции и специфическая адаптация, позволяющая человеку выживать в случаях надвигающейся опасности, предвидеть ее и избегать ведь змеи, пауки, возвышенности или водоемы представляют опасность для человека. Эти опасные ситуации, связанные с риском и угрозой для жизни, вызывают глубинный, эволюционно обусловленный страх, который «ограничивает» поведение человека и позволяет этих ситуаций избегать, оставаясь невредимым.
  • Исследование особенностей брачного поведения человека, стратегий ухаживания, а также половых и индивидуальных различий в ревности2. Так, например, с помощью технологии МРТ регистрировались данные об активации определенных нейронов у мужчин, которые подозревали свою партнершу в сексуальной неверности. Также регистрировались данные об активации нейронов у женщин, с высоким уровнем ревности, в случае если ее партнер «эмоционально привязывался» к другой женщине (в сексуальном плане оставаясь верным). При этом поведенческие проявления ревности (вспышки гнева, обиды, выяснения отношений и т.п.) рассматриваются как специфические адаптации, ограничивающими свободу партнера, позволяющие избегать случайных связей и контактов с представителями противоположного пола. Таким образом, было показано, что ревность, будучи адаптационным психологическим механизмом, служит приспособлению партнеров друг к другу (за счет ограничений контактов), обусловливая долгосрочные отношения, которые, в свою очередь, позволяют воспитывать совместных детей, вкладывать ресурсы в их развитие и обеспечивать выживание «своих генов».
  • Исследование психологических механизмов, обеспечивающих развитие гомосексуальной ориентации3. Так, в исследовании пар различной сексуальной ориентации было обнаружено, что, например, мужчины и женщины с ярко выраженной гомосексуальной ориентацией демонстрируют наличие определенных «отношений инвестиций» в среду своего социального окружения (родители, братья, сестры, племянники и племянницы и др.). Другими словами, представители обоих полов, имеющие нетрадиционную сексуальную ориентацию склонны к оказанию поддержки, в том числе и материальной помощи, своим родственникам, которые имеют детей. Исследователи объясняют это некоторым «эволюционным сдвигом» в пользу выживания определенных «родственных генов» за счет вложения ресурсов в родственников и отказа от продолжения жизни генов в «своих потомках».  Таким образом, в ходе эволюции развивается определенный адаптационный механизм, который призван обеспечить выживание определенного «генетического материала» через «снижение конкуренции» среди генов родственников и их потомков. Однако, как отмечают сами авторы, работающие в этом направлении, результаты на данный момент носят еще очень противоречивый характер, и не дают возможность выстраивать точные прогнозы относительно дальнейшего развития гомосексуальной ориентации в обществе. 
Хочу подчеркнуть, что исследований в рамках эволюционной психологии сегодня проводится очень много, я привела лишь некоторые из них, которые направлены на изучение именно психологических адаптационных механизмов. Мне кажется, что изучение этих механизмов представляет не просто «сухой» академический интерес, но и позволяет расширить имеющиеся у нас представления о роли биологических, эволюционных детерминантах социального поведения человека.

Обзор этих и других исследований представлен в статье «Эволюционная психология: споры, вопросы и перспективы исследования»4

_______________________________________________





Кочетова Татьяна Викторовна кандидат психологических наук, старший преподаватель кафедры психологии управления факультета социальной психологии МГППУ.

27.12.2012

Открытие дефолт системы мозга

Какое, на Ваш взгляд, психологическое научное исследование, проведённое (опубликованное) за последние 10 лет (2002–2012), является самым значимым и важным? 

Геннадий Князев: 
Наиболее важным для понимания внутреннего мира человека я считаю открытие так называемой дефолт системы мозга. Эта концепция в современном ее виде была впервые сформулирована в 2001 г., и все прошедшее десятилетие было свидетелем бурного роста интереса к этой области исследований. Популярное в первой половине двадцатого столетия учение бихевиоризма рассматривало мозг как черный ящик. Предметом исследования при этом была связь между подаваемыми извне сигналами и поведенческими реакциями. За прошедшие с тех пор десятилетия главный фокус интереса переместился внутрь черного ящика. Наибольший интерес теперь представляют вопросы, в каких структурах мозга локализуются те, или иные функции и как активность этих структур связана с наблюдаемым поведением, или психическими процессами. Прогресс в этой области в основном связан с появлением таких методов как позитронная эмиссионная (ПЭТ) и функциональная магниторезонансная (фМРТ) томография, а также с развитием новых методов анализа ЭЭГ.

Несмотря на значительный прогресс в понимании функциональной организации человеческого мозга, достигнутый благодаря применению этих методов, подавляющее большинство исследований до сих пор проводится в рамках предложенной еще бихевиористами парадигмы стимул-реакция. Общепринятый подход при изучении функций человеческого мозга состоит в регистрации активности мозга при предъявлении стимулов, или выполнении заданий. Этот подход позволяет исследовать структурную и функциональную основу широкого спектра когнитивных процессов участвующих в оперативной регуляции поведения. Однако эти процессы составляют лишь верхушку айсберга психической жизни человека. Большую ее часть составляют процессы, не сопровождающиеся доступными для непосредственного наблюдения поведенческими проявлениями, хотя они в значительной степени определяют поведение человека в долговременной перспективе. До недавнего времени практически ничего не было известно о структурной и функциональной основе этой части психической жизни человека. В 2001 году Маркус Рэйчл с соавторами1 впервые сформулировали концепцию так называемой дефолт системы мозга (ДСМ, default mode network). В течение прошедшего с первой публикации времени количество работ посвященных ДСМ увеличивалось лавинообразно и к настоящему времени эта концепция стала центральной темой в когнитивных нейронауках.

Подавляющее большинство посвященных ДСМ исследований выполнено с помощью методов ПЭТ и фМРТ. Эти методы, как известно, позволяют оценить уровень метаболической активности в различных частях мозга, используя в качестве показателей потребление глюкозы, или оксигенацию крови. В типичных ПЭТ и фМРТ экспериментах измеряется уровень метаболической активности в покое и при выполнении какого-либо задания. Увеличение активности по сравнению с фоном интерпретируется как показатель участия соответствующих структур мозга в выполнении задания. Оказалось, однако, что в некоторых структурах при выполнении большинства заданий уровень метаболической активности не увеличивается, а снижается. Рэйчл с соавторами предположили, что эти структуры участвуют в мыслительных процессах, протекающих в периоды покоя, когда мозг не занят переработкой поступающей извне информации. При необходимости включиться в оперативную деятельность активность этих структур снижается, причем степень снижения пропорциональна сложности задачи. На первый взгляд эта концепция кажется малоправдоподобной. Действительно, по собственному опыту мы знаем, что в периоды покоя люди могут думать об очень разных вещах. Результатом этого должно быть отсутствие какого-либо стандартного набора структур мозга участвующих в процессах спонтанной мыслительной деятельности. Эмпирические данные, однако, показывают, что, несмотря на неизбежную в подобного рода исследованиях вариацию, набор структур, в которых при выполнении широкого спектра задач наблюдается деактивация, удивительно постоянен. В этот набор входят медиальная префронтальная кора, задняя поясная извилина, преклиновидная кора и медиальная, латеральная и нижняя части теменной коры. Это постоянство заставляет предположить, что спонтанные мыслительные процессы, несмотря на их разнообразие, имеют некую общую основу, которая как раз и связана с активностью входящих в ДСМ структур мозга. В чем же состоит эта основа? Данные о деактивации ДСМ при выполнении разнообразных задач позволяют определить когнитивные процессы, в которых ДСМ не участвует, но они не позволяют определить какой мыслительный процесс был прерван этими задачами. К счастью, оказалось, что не на все экспериментальные задания ДСМ отвечает только деактивацией. Если испытуемый вспоминает о важных событиях своей жизни, или думает о том, что его (ее) ожидает в будущем, или размышляет о своих отношениях с другими людьми, в структурах ДСМ наблюдается активация. 

Эти данные позволили Митчелу высказать гипотезу, согласно которой одной из функций ДСМ является социальное сознание. «Предоставленный самому себе, человеческий мозг естественным образом включается в размышления о социальных отношениях»2. Эта гипотеза имеет веские основания в эволюции человека. Действительно, пожалуй, как никакой другой биологический вид, человек формировался в эволюции как существо социальное. Человеческий мозг в значительной степени развивался благодаря таким социальным факторам, как речь и коллективная деятельность. Поддержание отношений с другими людьми, одобрение, или неодобрение со стороны других людей имеют первостепенное значение для личных отношений и профессиональной деятельности любого человека. ДСМ находится в реципрокных отношениях с системами мозга обрабатывающими информацию, поступающую из внешнего мира. Сбалансированность этих реципрокных отношений необходима для успешной ориентации в мире, для своевременного переключения от одной активности к другой, для выбора из потока внешней информации того, что является существенным для личности. Как чрезмерная, так и недостаточная активность ДСМ сопровождаются нарушением поведения. Недостаточная активность ДСМ у лиц с аутизмом ведет к тому, что все ресурсы мозга направлены на анализ поступающей извне информации при отсутствии путеводной нити, позволяющей отделить существенную информацию от несущественной. В то же время продуктивная симптоматика при шизофрении связана с чрезмерной активностью ДСМ, при которой порождения собственного разума воспринимаются как реально существующие явления.

_______________________________________________



Князев Геннадий Георгиевич – доктор биологических наук, главный научный сотрудник ГУ НИИ физиологии Сибирского отделения РАМН (Новосибирск) 

26.12.2012

Двухуровневое мышление («параллельная обработка»)

Какое, на Ваш взгляд, психологическое научное исследование, проведённое (опубликованное) за последние 10 лет (2002–2012), является самым значимым и важным?


Дэвид Майерс:
Для меня самой важной идеей в психологической науке последнего десятилетия, да и в психологии вообще, является идея о том, что наши восприятие, мышление, память и установки действуют на двух уровнях: на сознательном (осознаваемые путь), и на неосознаваемом (непроизвольный путь).

Многие из нас были удивлены, узнав, как много информации обрабатывается без её осознания. Как объясняет Дэниел Канеман в своем замечательном новом бестселлере Thinking Fast and Slow1 (и как я объясняю в книге Intuition: Its Powers and Perils2) наше сознательное мышление хотело бы управлять нашим телом. И в самом деле, большую часть информации наш мозг перерабатывает на сознательном уровне, т.е. полностью осознанно. Но в то же время, удивительно большое количество информации обрабатывается непроизвольно и за пределами нашего сознания. На каждом из этих уровней обработка опирается на собственные нейронные структуры. В результате можно утверждать, что мы знаем больше, чем мы думаем, что знаем.

К доказательствам такой параллельной обработки относятся:

  • Blindsight: состояние при котором человек с травмой головного мозга может реагировать на визуальные стимулы, не осознавая их.
  • Явная (контролируемая, требующая усилий) и неявная (автоматическая) память. Некоторые воспоминания возникают благодаря сознательному воспоминанию, а другие – без него. Люди, потерявшие способность к образованию новых воспоминаний, тем не менее, могут освоить новые навыки (например, решать головоломки), не помня, что они это знают.
  • Эксплицитная и имплицитная самооценка.
  • Явные и скрыты аттитюды: Наши аттитюды являются частично контролируемыми (преднамеренными, сознательными, явными) и частично автоматизированными (непроизвольными, привычными, неявными). Сегодня мы знаем, что существуют эксплицитные и имплицитные предрассудки и средства их измерения.
  • Центральный и периферический пути убеждения: первый является явным и апеллирующим к сознанию, второй – более скрытый и автоматизированный
  • «Основной путь» и «второстепенный путь» к эмоциям: В двухуровневом мышлении, сенсорные сигналы могут быть направлены (а) в кору головного мозга (через таламус) для анализа и передачи на миндалины, или (б) непосредственно на миндалевидное тело (через таламус) для мгновенной эмоциональной реакции.

По-видимому, у людей, есть, так сказать, два типа мышления и они функционируют по аналогии с крупными корпорациями. Наш генеральный директор (наше контролируемое сознание) концентрируется на наиболее важных, сложных и новых проблемах, оставляя подчиненным выполнение рутинных дел. Как генеральный директор, сознание чаще всего устанавливает для себя цели и приоритеты, оперативная составляющая в которых небольшая. Такое делегирование ресурсов позволяет нам быстро и эффективно реагировать на многие ситуации.

Наш мозг знает гораздо больше, чем сообщает нам.

_______________________________________________
1 Kahneman, D. (2011). Thinking, Fastand Slow. NY: Farrar, Straus and Giroux.

2 Myers, D. (2002). Intuition: Its Powers and Perils. Yale University Press.

Дэвид Майерс (David G. Myers) – профессор Hope College (USA), автор Psychology, 10th Edition, Exploring Psychology, 9th Edition, and Social Psychology, 11th Edition

Читать ответы других экспертов

25.12.2012

Розыгрыш 4 книг "Ошибки, которые были допущены (но не мной)"

РОЗЫГРЫШ ЗАВЕРШЁН

Разыгрываю 4 книги Кэрол Теврис и Эллиота Аронсона "Ошибки, которые были допущены (но не мной): почему мы оправдываем глупые убеждения, плохие решения и пагубные действия".

Издательство описывает книгу так:
После совершения ошибки мы обычно сочиняем «легенду», освобождающую нас от ответственности, восстанавливая веру в то, что мы являемся справедливыми и компетентными, чтобы оправдать себя и защитить свою самооценку от удара. Социальные психологи Кэрол Теврис и Эллиот Аронсон на основе длительных исследований увлекательно объясняют, в чем причина самооправданий: как они работают, ущерб, который они могут нанести как нам, так и нашему окружению, и, самое главное, как мы можем распознать и остановить их, пока они не привели нас к безнравственным поступкам. Рекомендуется всем, кто хочет понять тайны человеческой натуры и разобраться в причинах собственных поступков и поступков других людей. Книга будет профессионально полезна широкому кругу специалистов различных специализаций в области: психологии, медицины, социологии, журналистики, конфликтологии, политологии, медиации, права, судопроизводства, криминалистики и др.

Авторы:
Кэрол Теврис – известный социальный психолог, автор, лектор. Ее цель состоит в том, чтобы продвинуть психологическую науку и критическое мышление в массы и тем самым улучшить нашу жизнь.
Эллиот Аронсон – ведущий американский социальный психолог, профессор Калифорнийского университета в Санта-Крузе, лектор Стэнфордского университета. Ранее преподавал в Гарварде, университетах Техаса и Миннесоты.

Мнение о книге доцента факультета Высшей школы экономики Елены Агадуллиной:
Новая книга Кэрол Теврис и Эллиота Аронсона о процессе самооправлания, который сопровождает практически каждое наше решение и каждый поступок. Несмотря на то, что книга описывает психологические понятия, она написана для каждого человека. Доступно, наглядно и с завораживающей личной откровенностью авторы демонстрируют читателю, что люди склонны проявлять слабость, оправдывать себя и не признавать своих ошибок. Трудно себе представить, что в книге российского классика психологии на одной из страниц можно встретить ироничную улыбку над своими собственными ошибками.... А в этой книге можно. А какой стиль! Между двумя близнецами-братьями (книгой Д. Майерса "Социальная психология" и "Общественным животным" Э. Аронсона) мне всегда больше нравилась книга Аронсона, именно благодаря стилю изложения. Понятно, в меру эмоционально, логично, с "живыми" разносторонними примерами. Вообщем это прекрасный так называемый "научпоп" обязательный для прочтения тем, кто интересуется социальной психологией.

Большое спасибо издательству Infotropic Media за предоставленные книги.

Как выиграть?
Для того, чтобы принять участие в розыгрыше, необходимо до 10.01.2013 (включительно) выполнить два действия:
1) разместить ссылку на этот пост у себя в любой социальной сети или блоге
2) записаться с помощью формы, размещённой ниже (записаться можно только один раз, в строке "Your URL:" необходимо указать адрес вашей страницы, на которой вы разместили ссылку на розыгрыш).
Победители будут выбраны случайным образом из числа всех участников 11.01.2013.

Книги получают следующие номера: 
11 – Елена Колмакова
18 – Oksana
30 – Alyona
68 – Ольга

Скриншот результатов случайного отбора:

24.12.2012

Человек способен «заглянуть в будущее»?

Какое, на Ваш взгляд, психологическое научное исследование, проведённое (опубликованное) за последние 10 лет (2002–2012), является самым значимым и важным? 


Сергей Степанов:
Среди исследований последних лет самым важным, или по крайней мере самым заметным, я бы назвал опыт Дэрила Бема1, якобы подтвердивший наличие у человека способности «заглянуть в будущее». Он важен тем, что представляет собой смелую попытку распространить экспериментальный метод на сферу, ранее отвергавшуюся академической наукой. Хотя процедура и результаты экспериментов Бема далеко не бесспорны, ему удалось стимулировать оживленную дискуссию по вопросам как методическим, так и общенаучным.

В научных кругах доктор Бем, подобно своему коллеге Гансу Айзенку полвека назад, имеет репутацию добросовестного и скрупулезного экспериментатора, несколько подмоченную его давним интересом к паранормальным явлениям. В его недавних экспериментах нашло воплощение и то, и другое. В статье, широко обсуждавшейся как в научных, так и в популярных изданиях, он описал несколько своих опытов, проводившихся в течение нескольких лет и охвативших свыше тысячи испытуемых-студентов.
В ходе одного из экспериментов студентам предложили заучить определенный набор слов, а затем воспроизвести те слова, что им запомнились. После этого студентам зачитали некоторые из предложенных для заучивания слов, отобранных случайным образом, и предложили напечатать их. Неудивительно, что одни слова студенты запоминали лучше, чем другие. Но странно, что студенты запомнили и воспроизвели именно те слова, которые впоследствии выдала им случайная выборка. Создается впечатление, что событие, которое еще не произошло, повлияло на их способность к запоминанию.

Дэрил Бем поставил еще один опыт: студентам показывали два компьютерных монитора, скрытых за ширмами, и сообщали, что на один из них выведено изображение эротического характера, предлагая угадать, на какой из них. Студенты находили нужный монитор несколько чаще, чем следовало бы, если бы их выбор был чистой случайностью. Немаловажно, что решение, на какой из мониторов вывести изображение, случайным образом принимал компьютер, при этом не до того, а после того, как студент делал свой выбор. Поэтому наблюдатели, которые верят в существование неизведанных миров, полагают, что, выдвигая свою догадку, студент влиял на решение, принимаемое компьютером.

В ходе третьего эксперимента студентам показывали две картинки: на одной – аппетитная корзина фруктов, на другой же – устрашающего вида бультерьер. Студенты должны были определить, какой образ им приятен, а какой – неприятен. После этого им показывали слова «соблазнительный» и «устрашающий». Если студент сначала видел положительный образ, а затем читал слово, навязывающее отрицательное впечатление, у него уходило больше времени на то, чтобы все-таки положительно оценить увиденную картинку.

Всего профессор Бем, работающий в Корнелльском университете, провел девять опытов с участием тысячи с лишним добровольцев. Он вел эту работу в течение нескольких лет, чтобы совершенно исключить вероятность статистической погрешности. Теперь она составляет всего лишь один шанс на 74 миллиарда, утверждает Бем. Если бы совпадения были случайными, то повторяющиеся раз за разом эксперименты дали бы результат 50 на 50. А у исследователя получилось 53.1 на 46.9. В его экспериментах 53.1 процента совпадений (к примеру, приятная картина – затянувшаяся ее оценка – плохое слово) указывали на существование феномена ясновидения или прорицания.

Учеными разных стран уже предприняты попытки повторить опыты Бема. Один из них уже опроверг его находки, проведя первый из перечисленных экспериментов (с запоминанием слов) в интернете. На это профессор Бем, известный аккуратностью в работе, возражает, что работа со студентами в интернете не позволяет им сконцентрироваться так, как они сделали бы это в лаборатории. Так или иначе, опыты Бема, якобы формально безупречные, заставили психологов-экспериментаторов снова и снова задаться вопросами о масштабах выборки испытуемых, необходимой для признания результатов достоверными, а также о том, насколько эти результаты должны статистически отличаться от случайных – то есть что считать статистически значимым результатом, подтверждающим или опровергающим экспериментальную гипотезу. Достижение Бема можно назвать научным открытием. Но, наверное, открытием не нового явления, а нового этапа научных исследований.

_______________________________________________

Степанов Сергей Сергеевич – психолог, писатель, доцент Московского городского психолого-педагогического университета